Алтайская духовная миссия

Материал из История медицины и здравоохранения Республики Алтай.

Перейти к: навигация, поиск

Содержание

[править] АЛТАЙСКАЯ ДУХОВНАЯ МИССИЯ

Алтайская духовная миссия в 1830 - 1919 годы


В 1828 году Святейший синод принимает указ об основании Алтайской духовной миссии в Бийском округе Томской губернии для обращения алтайских инородцев «шаманского суеверия» в веру Христову. 07.09.1830 г. выдающимся миссионером прп. Макарием (в миру Михаил Яковлевич Глухарев), основана Алтайская духовная миссия, сыгравшая огромную просветительскую и культурную роль в истории Горного Алтая. Она получила наибольшую известность среди духовных миссий российской православной церкви, действовавших на территории России в XIX - начала XX веков. Все основные виды миссионерского делания - проповедь, обучение, богослужение - алтайские миссионеры совершали на родном языке алтайцев. Менее чем за столетие (1830-1920) трудами миссионеров из язычества в Православие было обращено более половины коренного населения Горного Алтая и Горной Шории. На Иркутском миссионерском съезде 1910 г. Алтайская духовная миссия была признана «образцом и руководителем» для других миссий.

3 августа 1830 г. миссия оставила Тобольск, 23 августа достигла Барнаула, 28 августа миссия прибыла в Бийск. Во время пребывания в Бийске отец Макарий познакомился с жителем Улалы Иеремеем Караевым и, следуя его приглашению, съездил в Улалу, чтобы крестить жившего у него алтайца. Посетив Улалу Макарий Глухарев увидел, что данное село есть самое удобное место для учреждения миссионерского стана. Алтайские кочевья располагались в непосредственной близости от поселения. В то время здесь уже оседло жили три семьи русских пасечников, стояло четыре дома крещеных алтайцев, а также жили некрещеные телеуты семей до пятнадцати. Тут и решили учредить миссионерский стан. Уже 7 сентября 1830 г. прп. Макарий крестил в Улале молодого алтайца Элеску, которого как первенца миссии назвал Иоанном. Этот день алтайские миссионеры считали днем рождения миссии. Первые шаги миссионерской деятельности Макария Глухарева были сопряжены с большими трудностями. Требовалось проповедовать Слово Божье среди алтайцев, плохо понимавших по-русски, нередко надо было пробираться с риском для жизни по бездорожным горным кручам, через бурные горные потоки, отыскивая отдаленные кочевья. В мае 1831 года отец Макарий переезжает из Бийска в Улалу, купив у местного пасечника М. Ашаулова избу, но, узнав, что улалинские телеугы, опасаясь быть крещенными, хотят откочевать обратно в Кузнецкий округ, он перебрался в Майму-Чергачак. Жизнь в Улале продолжалась без особых изменений еще четыре года и только когда страсти улеглись, Макарий вернулся в Улалу. К началу деятельности миссионеров абсолютное большинство алтайцев и шорцев были язычниками-шаманистами, они почитали духов гор, лесов и рек и во всех своих нуждах обращались к камам (шаманам). Отец Макарий перевозит из Маймы в Улалу походную церковь, для которой местные жители Михаил Ашеулов и Афанасий Жиров построили «храмину» — временное помещение. После того, как оно сгорело зимой 1838 года от «попортившейся печи», была построена постоянная небольшая деревянная церковь. Строилась она на пожертвования прихожан. Наиболее значительные взносы внесли «бывший крестьянин, ныне купец третьей гильдии Андрей Михайлов — 34 руб. 92 коп., инородец Карп Еремеев — 23 руб. 55 коп.» В том же году в Улале открылась смешанная миссионерская школа в специально построенном для нее доме из двух комнат. Первоначально в ней занималось семь учащихся. Занятия вели сам отец Макарий и прибывшие с ним В.С. Попов и А.Т. Волков.

Сподвижниками прп. Макария стали: иеромонахи Анастасий и Парфений, священники Алексий Ионин, Алексий Глухарёв (брат о. Макария), Василий Весский, Стефан Ландышев, воспитанники духовных училищ М. Негрицкий и Т. Экзерцев, студент ветеринарного отделени Московской медико-хирургической академии А. Левицкий (впосл. игум. Акакий), дьячок П. Тарбаев, отставной солдат А. Орлов, крестьянин Ф. Гилёв, П. Ландышева (мачеха о. Стефана Ландышева) и др. За время своего пребывания на Алтае архим. Макарий перевел для алтайцев почти все Евангелие, избранные места из Деяний св. апостолов, Первое послание Иоанна Богослова, многие псалмы, историю прав. Иосифа, др. избранные места из книг ВЗ, краткий катехизис, 10 заповедей с изъяснением, составил краткую Свящ. историю и вопросы на исповеди. За 13 лет и 8 месяцев руководства миссией прп. Макарием были крещены 675 взрослых алтайцев и более 700 детей. Оглашенных евангельской проповедью о. Макарий допускал ко крещению с большой осторожностью и никогда не гнался за числом новокрещеных. К 1844 г. в Алтайской духовной миссии насчитывалось 15 сотрудников, 3 церкви, 3 стана, 2 школы, 4 селения для новокрещеных алтайцев. Заложив основание миссионерского дела на Алтае, архим. Макарий из-за болезни по собственному прошению уволился за штат. 4 июля 1844 г. он выехал из Улалы.

Преемником прп. Макария в руководстве А. д. м. стал его ближайший помощник - прот. Стефан Ландышев (1844-1865). В 1858 г. в миссии трудилось уже 18 священников, 12 монахов и 4 псаломщика. За 21 год управления миссией прот. Стефаном св. Крещение приняли около 3150 человек, были открыты 2 новых миссионерских стана, в 6 алтайских поселениях были устроены церкви и молитвенные дома, в Мыютинском, Макарьевском, Черноануйском, Кузедеевском, Урсульском, Чемальском и Кебезенском станах, открыты миссионерские школы. Трудами о. Стефана было положено начало устроению на Алтае миссионерских монастырей. В 1863 г. учреждена Улалинская женская община новокрещеных, обращенная в 1881 г. в Улалинский во имя свт. Николая женский монастырь. 15 февраля 1864 г. в с. Чулышман на Телецком озера была учреждена община, в 1879 г. преобразованная в Чулышманский в честь Благовещения Пресвятой Богородицы мужской монастырь. Алтайские миссионеры уделяли большое внимание внебогослужебным чтениям и собеседованиям. В первое время миссионеры читали душеполезные книги новокрещеным алтайцам в их юртах. К 1864 г. в миссии трудились 9 миссионеров (1 протоиерей, 4 священника, 4 иеромонаха), а также иеродиакон, диакон и 8 причетников, вместе с переводчиками - 29 чел. А. д. м. занималась активной благотворительностью: обучением алтайцев оседлому ведению хозяйства, земледелию, огородничеству и проч., лечением больных (в частности, делались прививки от оспы), помощью бедным, убогим, слепым и престарелым (хлебом, одеждой, земледельческими орудиями, покупкой скота и проч.).

В 1866 г. миссия имела 11 церквей, 10 школ, число новокрещеных достигло 5000 чел. К 1879 г. в 10 отделениях миссии было 28 церквей и молитвенных домов. В 1879 г. было «просвещено святым Крещением 313 язычников и 23 магометанина», в 13 миссионерских школах обучалось 310 чел. (200 мальчиков и 110 девочек). Особое место занимало центральное миссионерское училище в Улале. В миссии всегда уделялось особое внимание образовательной деятельности. Обучение было совместным - мальчики учились вместе с девочками, алтайцы с русскими. В 60-80-х гг. XIX в. активно переводились книги на алтайский. Наибольший вклад в переводческую деятельность внесли прот. Василий Вербицкий, составивший «Словарь алтайского и аладагского наречий тюркского языка», иером., впоследствии митрополит Московский свт. Макарий (Невский) и прот. Михаил Чевалков. Благодаря трудам миссионеров сформировался алтайский литературный язык, что в свою очередь стало решающим фактором консолидации различных тюркоязычных народностей Алтая в единый алтайский народ.

К 1917 г. А. д. м. имела 31 миссионерское отделение, обнимавшее 434 селения с числом крещеных алтайцев и шорцев 46729 чел. К этому же времени в 84 школах обучалось 3297 чел. (2071 мальчик и 1226 девочек, из них детей коренных жителей - 971 мальчик и 363 девочки), каждая школа имела свою библиотеку.

Основанные Макарием Глухаревым церковно-приходские школы (две в Улале, одна в Майме) существенно отличались от подобных заведений Сибири. Помимо основных богословских дисциплин ученики получали хорошие знания по математике, грамматике, рисованию и ведению домашнего хозяйства. Одним из первых отец Макарий ввел совместное обучение мальчиков и девочек, он был не только преподавателем школы и руководителем Алтайской духовной миссии, но и единственным представителем светской власти. Кроме всего, он занимался благотворительностью и научными изысканиями: собирал местный фольклор, первым составил русско-алтайский словарь, начал работу по переводу Священного писания на алтайский язык. Будучи истинным подвижником, миссионер отец Макарий старался как можно больше алтайцев обратить в христианство, поэтому основание Никольского женского монастыря, расположенного в восьми верстах от Улалы, можно считать и его заслугой. Именно на его обращение в 1840 году откликнулась, прибыв в Горный Алтай, выпускница Смольного института девиц Г. де Вальман. В течение трех лет она обустроила и обучила в миссии грамоте и Закону Божьему десять инородческих дочерей, желающих посвятить себя иноческой жизни. Женщин обучали с тем, чтобы они помогали при обращении алтаек из идолопоклонничества, наставляя их служить господу, «в болезнях и многоразличные периоды сего поля, от рождения до гроба». С этой целью, согласно их просьбе, с благословения Святейшего Синода и Высочайшего разрешения от 7 февраля 1863 года и появилась в окрестностях Улалы инородческая женская община новокрещенных, первоначально состоявшая из двадцати женщин-алтаек. Там они обучались ведению домашнего хозяйства по русскому образцу: выпечке хлеба, выращиванию овощей. В общине находился и приют для малолетних сирот. Позднее сестры-монахини организовали работу иконописной мастерской и завода по производству свечей. Первой настоятельницей Никольского женского монастыря, единственного на Алтае, была назначена монахиня Анастасия, прибывшая из Нижегородской губернии.

[править] УЛАЛА - как центр миссионерской деятельности

Население Улалинского миссионерского стана росло довольно медленно, так как селиться здесь могли не все желающие, а только новокрещенные алтайцы, получившие льготы по платежу ясака, получавшие начальную материальную помощь в виде казенных домов, коров, лошадей и прочего крестьянского инвентаря. Служивший при миссии ссыльный поселенец Петр Лисицкий учил «новых селян» хлебопашеству и огородничеству. Всем же другим поселенцам из России требовалось разрешение начальника миссии. К концу 60-х годов население Улалы составляло более трехсот человек. Академик В.В. Радлов, посетивший Улалу в 1860 году и пробывший здесь несколько дней, писал в своем дневнике: «Миссия в Улале — огромная деревня с большими аккуратными домами, ее алтайские и телеутские жители находятся на том же уровне цивилизации, что и русские крестьяне, и очень привержены к своей национальности. Здесь можно явственно увидеть благотворное влияние архимандрита Макария — он не просто формально окрестил туземцев, но и превратил многих из них в истинных христиан. Я обнаружил у здешних телеутов такое знание религии, какое мы напрасно бы стали искать в русских деревнях, а кроме того, весьма твердые моральные устои, что уже не раз здесь проявлялось. Так, например, община решила не терпеть в своей среде ни пьяниц, ни картежников и строго наказывает каждого, преступившего этот запрет. Живущие вокруг русские крестьяне не раз убеждались в том, что татары (алтайцы – авт.) из Улалы ни в чем не желают им уступать, считают себя во всем им равными. Здесь немало татар, знающих русскую грамоту, как это ни удивительно, даже среди пожилых людей, которых учил еще отец Макарий. Все дети умеют читать по-русски, так как теперь уже здесь есть русская школа. Самый образованный из местных жителей — телеут Чевалков, который шесть лет был толмачом у о.Макария и приобрел за это время немало знаний (теперь Чевалков рукоположен в священники). Очень интересно наблюдать состояние умов местного населения. Христианская религия пустила здесь на самом деле глубокие корни. И все-таки не забыты полностью прежние суеверия, они вошли в круг новой религии. Алтаец-кочевник рассматривает миссию как учреждение, наносящее вред его социальному положению. По возможности старается избегать ее влияния, цепко держаться своих старых нравов и устоев. Отношения крещеных алтайцев с властями очень сложны. Хотя у них есть руководитель миссии и все дела решаются им, отдельные личности все еще подчинены зайсанам. А русские в пограничных деревнях никак не хотят видеть в крещеных алтайцах людей, равных себе, и смеются над ними, когда те требуют, чтобы к ним относились как к русским. Большинство жителей Улалы — зажиточные люди и занимаются земледелием и торговлей...»

В 1867 г. в доме толмача-переводчика М.В. Чевалкова было организовано «миссионерское центральное училище», впоследствии разместившееся в центральном здании миссии. Преподавали студенты Санкт-Петербургской духовной академии: И.В. Солодкин, П.И. Макушин, К.П. Соколов. Определенную трудность представлял набор учащихся, поскольку местные жители категорически не желали отдавать своих детей «в науку». Так, за четыре года в училище занималось всего 10 учащихся, да и то непостоянно, и в 1883 году учебное заведение было переведено в ближайший город Бийск. Население Улалы по-прежнему росло только за счет новокрещенных. Но была открыта и женская церковно-приходская школа. Преподавали в ней то же самое, что и в мужской, но с уклоном на ведение домашнего хозяйства. Большинство преподавателей приезжали из Никольского женского монастыря.

Расположенная рядом двухэтажная больница имела на первом этаже детский приют, а наверху стационар на 20 коек. Лечение вел фельдшер, вместе с которым за больными ухаживали монашки.

Основными видами хозяйственной деятельности улалинцев оставалось земледелие и огородничество, чему способствовала направленная на оседлость деятельность миссионеров. Особенно последователя архимандрита Макария Глухарева, руководителя миссий в 1870-1884 гг. Макария Невского (в миру — Михаил Андреевич Невский, впоследствии высокопреосвященный митрополит Московский и Коломенский). Крупной статьей дохода стало пчеловодство, которым, как правило, занимались русские поселенцы. Немаловажное значение имела охота, некоторый доход приносил промысел кедрового ореха. Торговля находилась в зачаточном состоянии, лишь заезжие купцы приносили некоторую прибыль, покупая у местного населения их продукты. Во второй половине XIX века начинается активное заселение северных предгорий, в том числе и Улалы. Выгодное положение села, на границе между русским и алтайским оседлым и кочевым населением, стало причиной наплыва крестьянского, ремесленного и торгового люда. В селе начинают действовать двадцать семь ремесленных цехов, в том числе кузнечный, извозничный, иконописный и другие. В Улале было четыре общественных здания, одиннадцать домов Алтайской духовной миссии, 131 дом крещеных алтайцев, 149 домов русских поселенцев. Тогда же появляется торговая площадь с тремя рядами лавок, на которой проходит ежедневный базар и ежегодная Никольская ярмарка (с 6 по 13 декабря), оборот с которой достигает десятков тысяч рублей. Таким образом, Улала становится не только центром православия, просвещения, но и крупным торговым центром Горного Алтая.


По свидетельству известного исследователя Центральной Азии Г.Н.Потанина, село Улала было одним из лучших в округе. «Оно было невелико. Многие деревни около Бийска далеко больше Улалы, но на моем пути не было ни одного, в котором было столько хороших зданий». По его описанию, село имело прямую и широкую улицу, на которой находилось много добротных домов, имелся рынок с каменными лавками. «Население Улалы, — отмечал Потанин, — отличалось от соседних селений тихим образом жизни... Заведение кабаков запрещалось, против пьянства ведется агитация». Хозяевами земель, отведенных селу, были инородцы, приписанные к Быстрянской управе, и только с ее разрешения можно было получить пахотные угодья и поселиться в Улале. А разрешение на жительство давалось только людям «с хорошим аттестатом». Это, конечно, служило тормозом к притоку рабочих рук, тормозило развитие рыночных отношений. Стремясь как-то изменить положение, русское население, в основном ремесленники и торговцы, в 1889 году подали прошение о преобразовавши села в посад или местечко, мотивировав свое ходатайство тем, что-де, эти преобразования принесут пользу как русскому, так и алтайскому населению, «развитье здесь городского поселения, — по мнению просителей, увеличит и государственные доходы». При этом предполагается, что алтайцы оставляют за собой существующий порядок, но против выступил родовой староста управы И.Н. Чевалков, и большинство «общества инородцев» не поддержало эту инициативу. Все объяснялось тем, что земельных угодий в районе Улалы было явно недостаточно. Земли по рекам Майма, Улалушка и Каяс сдавались в аренду русским поселенцам.

[править] МИССИОНЕРСКИЕ ШКОЛЫ

В те же годы в Улалинской церковно-приходской школе был основан класс живописи, в котором готовили будущих иконописцев, что послужило для многих художников того времени начальной школой обучения, оказавшись единственным местом, где хотя бы в какой-то степени могла проявиться художественная одаренность местного населения. Неслучайно группа улалинских иконописцев имела в своих рядах мастеров-алтайцев.

В 1869 году при Алтайской Духовной миссии в настоящее время насчитывается 11 инородческих школ: 2 школы (для мальчиков и девочек) в селении Улале, 1 в Мыюте, 1 в Чемале, 1 в Черном Ануе, 1 в Урсуле, 1 в Кебезене, 1 в Билюле, 1 в Улусе Кузедеевском, 1 в Макарьевском и наконец, центральное миссионерское училище в главном Улалинском стане миссии. Число учащихся в этих школах во второй половине 1868 года простиралось до 100 человек обоего пола, в центральном миссионерском училище обучалось 8 мальчиков. Школы эти помещались в домах, построенных миссией. Только в Кебезене, школа построена купцами Петровым и Михайловым, в Урсуле купцом Гилевым, в Билюле инородцами дер. Билюли. Появились эти школы в разных пунктах Алтая почти одновременно с устройством миссионерских станов. Учителя в этих школах те же миссионеры и их помощники церковнослужители. Члены миссии, занимающиеся обучением детей в школах, не получали никакого вознаграждения за свой труд. Только с 1866 года вознаграждение за эту особую должность выдается трудящимся из общих неокладных сумм миссии по 30 рублей в год. Правда, из суммы, отпускаемой в количестве 4000 р. Св. Синода на Алтайскую миссию, дозволено по смете употреблять на училищные потребности и содержание бесприютных инородческих детей в 5-ти штатных станах (Мыюте, Чемале, Ануе, Макарьевском и Кузедеевском) по 20 р. в год и в шестом – Улалинском на две школы – 40 рублей (всего 140 рублей).

Из сведений о школах Алтайской духовной миссии за 1909 г. в Ойротии работали 40 школ, в них учились 1081 человек, в том числе инородцев - 443 человек:

 

 

Учеников всего

Мал.

Дев.

Из них инордцев

  1.  

Улалинская 2-х классная церковноприходская школа (мужская)

140

140

0

21

  1.  

Улалинская 1 классная церковноприходская школа (женская)

70

0

70

14

  1.  

Чемальская церковноприходская школа

32

21

11

22

  1.  

Эликмонарская церковноприходская школа

32

9

23

5

  1.  

Чопошская церковноприходская школа 

18

13

5

13

  1.  

Аносская школа грамоты

13

7

6

8

  1.  

Пешпельтирская (Бешпельтир) школа грамоты

19

10

9

13

  1.  

Эдеганская (Эдиган) школа грамоты

23

16

7

15

  1.  

Узнезинская школа грамоты

20

10

10

15

  1.  

Черно-Ануйская церковноприходская школа (мужская)

50

50

0

0

  1.  

Черно-Ануйская церковноприходская школа (женская)

24

0

24

0

  1.  

Киргизская (Ташанта)) школа грамоты

14

14

0

14

  1.  

Чергинская церковноприходская школа

50

40

10

14

  1.  

Могойтинская (Могута) школа грамоты

8

8

0

5

  1.  

Александровская церковноприходская школа

37

24

14

28

  1.  

Сиультинская школа грамоты

11

7

4

6

  1.  

Мыютинская церковноприходская школа

40

26

14

26

  1.  

Шебалинская школа грамоты

57

38

19

0

  1.  

Актельская школа грамоты

13

7

6

13

  1.  

Ашияхтинская (Апшуяхта) школа грамоты

10

6

4

10

  1.  

Топучинская школа грамоты

16

10

6

0

  1.  

Усть-Канская церковноприходская школа

11

7

4

0

  1.  

Тюдралинская школа

31

22

9

7

  1.  

Онгудайская церковноприходская школа

27

17

10

7

  1.  

Туяхтинская (Туекта) школа грамоты

26

24

5

0

  1.  

Усть-Кенгинская (Теньга) школа грамоты

3

3

0

2

  1.  

Ининская школа грамоты

7

3

4

5

  1.  

Чибитская школа грамоты

7

1

6

6

  1.  

Кош-Агачская церковноприходская школа

8

5

3

5

  1.  

Улаганская школа грамоты: учеников

9

9

0

9

  1.  

Ильинская церковноприходская школа

45

38

7

16

  1.  

Мариинская школа грамоты

24

17

7

24

  1.  

Усть-Башкаусская церковноприходская школа

33

25

8

33

  1.  

Белинская (Беле) школа грамоты

10

10

0

10

  1.  

Кебезенская церковноприходская школа

23

16

7

8

  1.  

Ыныргинская школа грамоты

29

19

10

11

  1.  

Турачакская школа грамоты

21

10

11

7

  1.  

Паспаульская церковноприходская школа

33

11

12

26

  1.  

Салгандинская школа грамоты

20

11

9

16

  1.  

Карасукская школа грамоты

23

18

5

18

           ИТОГО

1081

722

359

443

Огромную роль в просветительстве в Ойротии сыграл помощник начальника Алтайской духовной миссии протиерей Стефан Ландышев. Алтайской духовной миссии во многом обязано и начало врачевания на Алтае. У истоков врачебного дела стоял Левицкий Артемий Григорьевич (АКАКИЙ). (1809-1874) Игумен, миссионер, первый штатный врач Горного Алтая. Обучался в Московской духовной семинарии и Московской медико-хирургической ветеринарной Академии. В октябре 1839 года прибыл на Алтай и стал сотрудником Алтайской духовной миссии. Параллельно миссионерскому служению трудился «лекарем». В 1845 рукоположен в священный сан с принятием монашества. С 1868 - игумен. Служил миссионером в Мыютинском стане. Основал миссионерские селения, преобразованные в населенные пункты: Черно-Ануйское (1849), Ильинское (1854), Урсульское (ныне Онгудай, 1856), Тюдралинское (1865), Мариинское (1866) и Абайское (1866). Открыл и обустроил Черно-Ануйский и Урсульский (Онгудайский) миссионерские станы. В 1858 им открыта первая школа в Черном Ануе. В основанных им селениях построил пять храмов и ряд др. миссионерских, в т.ч. школьных, строений. Погребен в ограде молитвенного дома с. Абай.

В 1875 году в Улале открыта миссионерская больница с аптекой. Заведовал больницей вольнонаемный фельдшер.

[править] МЫЮТА – один из важнейших центров просветительства

Село основано 1826 году. В 1834 году, отец Макарий сюда отправил на жительствов Мыюту крещеных телеутов из с. Бачат Кемеровской области и с. Сарасы Алтайского района. Кроме них здесь жили еще 8 телеутских семейств. В 1839 г. здесь был построен молельный дом.

С 1845 здесь основан стан Алтайской духовной миссии и с 1847 года существует миссионерский центр, открытый архимандритом Макарием Глухаревым.

По описаниям В.В. Радлова, "телеуты живут в бревенчатых юртах. В 1845 г. сюда был прислан монах Акакий и построена церковь. Село более чем в 60 дворов". Мыюта явилась первым селом на Чуйском торговом пути, где в 1850 г. при миссионере Стефане Ландышеве была открыта миссионерская начальная школа. Затем в 1856 г. было построено специальное здание для школы. Известно, что до 1925 г. школа была церковно-приходской.

Первым священником Мыютинского стана был игумен Акакий (Левицкий Артемий Григорьевич), с 1854 года – священник Арсений Ивановский, с 1867 – протоиерей о. Василий Моисиевич Постников (прослужил в Мыюте 38 лет), а с 1894 года его сын, священник Владимир Васильевич Постников. Кроме того в Мыюте служили священники: Тимофей Петров, Иннокентий Иванович Чевалков (родственник известного деятеля алтайской культуры, первого алтайского писателя, протоиерея Михаила Васильевича Чевалкова).

В 1873 году на средства Православного Миссионерского Общества в Мыюте была построена церковь имени Архангела Михаила. А в 1903-1904 годах храм был реконструирован и значительно расширен. Принадлежал он Мыютинскому отделению Алтайской Духовной Миссии, в которую входили деревни: Шебалино, Топучая, Малая-Черга, Актел, Черга, Камлак и другие. Благодаря просветительской деятельности Алтайской духовной миссии, именно в Мыюте появились первые просвещенные алтайцы, они стали первыми в Ойротии учителями, врачами, поэтами, художниками, политическими деятелями. Равных сел в Горном Алтае по значимости – нет.

В то время Мыюта являлась более значительным селом, чем Шебалино. Но с усилением хозяйственного значения с. Шебалино Мыюта стала утрачивать свое превосходство.

В районе Мыюты, на берегу р. Семы, где сейчас стоит ферма, была женская "командировка" - лагерь, в котором содержались женщины, занятые на строительстве Чуйского тракта.

Известные личности Горного Алтая – выходцы из Мыюты:

Тибер-Петров Виктор-Тимофеевич – первый врач алтайской национальности

Чагат-Строев Павел Александрович – один из основателей алтайской литературы.

Сыркашев Андрей Александрович – председатель Ойротской автономной области.

Таныш Александр Алексеевич – художник, живописец.

Кочеев Иван Петрович – алтайский детский писатель, поэт, публицист, редактор.

Чевалков Никанор Александрович - в 1937 году – главный редактор газеты «Кызыл Ойрот», в 1938 – начальник отдела краевого управления связи. Арестован 8 апреля 1938 года, казнен в Барнауле 14 ноября 1938 года. Реабилитирован 18 октября 1956 года.

Шульгина Ирина Алексеевна – первая алтайская профессиональная певица (сопрано) и актриса.

Сарина Ольга Семеновна – алтайская актриса.

Из рядов Алтайской миссии вышли более десяти иерархов Русской Православной Церкви. Среди них: митрополит Мануил (Лемешевский), архиепископ Казанский и Свияжский Владимир (Петров), архиепископ Донской Владимир (Синьковский), епископ Приамурский и Благовещенский Иннокентий (Солодчин), епископ Бийский Иннокентий (Соколов) и др.

Церковь в Мыюте была вновь восстановлена трудами праправнучки протоиерея Василия Постникова Ахтуловой Татьяны Михайловны и ее близкой знакомой Марии Николаевны Дольниковой. Освящение церкви произошло 28 апреля 2011 года. Пятого августа 2011 года, благодаря местным энтузиастам, в селе Мыюта состоялось открытие уникального в своем роде музея под названием «Свет веры в горах Алтая».

[править] ЧУЛУШМАНСКИЙ МОНАСТЫРЬ

Чулышманский Благовещенский монастырь

ЗАПИСКА

бывшего Барнаульского купца, а ныне Бийского мещанина Афанасия Григорьевича Малькова о Благовещенском мужском пустынно–общежительном монастыре в горах Алтая 1 октябрь 1880 г. г. Бийск

В 1859 году состоявший при Алтайской Миссии Иеромонах Саровской пустыни Иоанн, в поданной г. Синодальному Обер-Прокурору записке, между прочим, изъяснил, что все почти члены означенной Миссии жили и живут порознь, не имея иногда по целому году между собой сношений и близкого общения, столь необходимого для нравственного подкрепления миссионеров на небезтрудном их поприще, посему полезно было бы иметь одно центральное место, в виде приюта, в котором миссионеры в случае болезни могли бы найти покой и пособие, а в случае искушений – утешение и участие; кроме того учреждение обители для иноков миссионеров в Алтайских горах могло бы дать средства заменять одних миссионеров другими, и вновь прибывшим на служение открыть возможность постепенно приготовиться к оному, и наконец, водворение обители, с постоянным благоговенным служением среди инородцев и раскольников, живущих близь миссии могло бы содействовать обращению их на путь истины. Преосвященный Епископ Томский Парфений, от которого Святейший Синод требовал обстоятельные соображения по означенному предположению Иеромонаха Иоанна, донес Святейшему Синоду, что вообще учреждение особого общежительного монастыря в Томской Епархии, где не только в народонаселении, но и в самом духовном сословии незаметно расположение к монашеской жизни, было бы весьма благотворно, тем более, что в Томской собственно губернии на весьма значительном пространстве ее имеется один только монастырь (в г. Томске), и притом штатный, с незначительным числом монашествующих; 2) в заводском ведомстве, занимающем отдельную часть Томской губернии, обширную и наилучшую по удобствам жизни, преимущественно же около Алтайских гор и в самих горах, находится весьма значительное число раскольников, так что за весьма малым исключением заводское ведомство можно назвать раскольничествующим, а потому устроение монастыря в пределах заводского и притом в смежности с Алтайскими горами, с трех сторон заселенными закоренелыми раскольниками, при известном влиянии Св. обители, содержащих строгие правила и уставы жития иноческого, а также древние церковные напевы и благолепный чин богослужения, на раскольников было бы весьма благотворно для края в деле ослабления раскола, сверх того при учреждении там обители, из нее могли бы быть посылаемы монастырствующие миссионеры в сопредельные и не отдаленные приходы, с целью обращения раскольников в недра церкви; 3) в числе членов Алтайской миссии есть и всегда могут быть монашествующие, чего должно желать, ибо монашествующие могут действовать самоотверженнее в деле проповеди, нежели духовенство белое, обязанное семейством, но для настроения духа иноческого, среди развлечений миссионерской службы, для успокоения недугов от трудов миссионерской службы, нужен для монашествующих миссионеров особый приют не среди семейных, таковым приютом и могла быть Св. обитель. По сим соображениям Преосвященный полагал не только полезным, но и необходимым устроить новый монастырь в Томской Епархии на следующих основаниях: 1) чтобы монастырь сей был устроен в заводском ведомстве, наполненным раскольничествующим народонаселением и притом в пределах Алтайских гор, как для сближения с Алтайскою Духовную Миссиею, так и потому, что около этих гор и в самих горах живут особенно закоренелые раскольники; 2) был общежительный, со строгими правилами иноческого жития и в нем были соблюдены древние напевы и уставы; 3) чтобы в числе монастырствующих всегда находилось несколько миссионеров для обращения раскольников; 4) чтобы монастырь сей, служил вместе приютом для миссионеров Алтайской Духовной Миссии, а в случае нужды рассадником для миссионеров не только к раскольникам, но и к идолопоклонникам; 5) но по неимению в Томской Епархии, равно и в сопредельных с нею, ни монастырей общежительных, которые могли бы в новоустрояемом монастыре установить чин и житие иноческое в том виде, как предполагается, на первый раз вызвать в Сибирь монашествующих из благостроительных монастырей русских, с выбором их для предположенной цели; 6) чтобы обитель кроме оклада содержания от казны, наделена была угодьями на общем положении монастырей русских; 7) в управлении подчинена была Игумену или Архимандриту во всех частях, как относительно соблюдения монастырских уставов, так и распоряжения по делу Миссионерства к раскольникам. К сему Преосвященный Парфений присовокупил, что местных способов сего монастыря в виду Епархиального начальства не имеется. Святейший Синод, разделяя мнение Преосвященного о необходимости устройства в Алтайских горах общежительного монастыря, а между тем признав необходимым предварительно иметь подробные сведения об условиях осуществления сего предположения, предписал указом от 23 февраля 1859 г. Преосвященному Томскому: а) избрать местность, на которой должен быть устроен предполагаемый монастырь и, если местность эта не принадлежит Духовному ведомству, то об отпуске оной монастырю войти с коем следует в сношение; б) снестись так же с подлежащим гражданским начальством о том, какие поблизости и удобству угодья, принадлежащие казне могут быть отведены предполагаемому монастырю и в) все свои сведения представить Святейшему Синоду, вместе с проектом штата монастыря, а также с планами, расходами и сметами на постройки монастырских зданий. Исполнительного посему предмету донесения от Преосвященного не поступало, а между тем в июле месяце минувшего 1868 г. Барнаульский 2-й гильдии купец Афанасий Мальков обратился в Святейший Синод с прошением, в котором изъясняет, что по убеждению бывших епископов Томских и тамошнего гражданского начальства для развития успехов Алтайской Духовной Миссии, для распространения христианства и вообще просвещения между инородцами, было бы полезно и далее необходимо учредить при Миссии [учредить] монастырь; движимый и собственным сознанием и убеждениями других лиц, выдавших ему доверенные свидетельства, он, Мальков не только принял на себя ходатайство по основанию означенного монастыря, но и дал ответ принести на сие посильную жертву из собственного состояния; Государь Император по поданной им, Мальковым просьбы в Алтайское Горное Правление Всемилостейшего соизволил даровать в отвод означенный монастырь 3 т. десятин земли близь Телецкого озера, при совпадении р. Башкауса с р. Чулышманом, место это, при долгом обсуждении и соображении, избранное всеми близко знающими оное соединяет в себе все условия, требуемые целью его назначения, именно: центральность положения среди инородческого населения, способствующую установлению здесь и центра Миссионерской деятельности, изобилие леса, сенокосных и удобных для хлебопашества пространстве, с рыбною ловлею в озере, обеспечивающею безбедное содержание обители и представляющее нужнейший материал для построек, и наконец уединенность и достаточную отдаленность от оседлого населения русскими местом, открывающую все удобства к тихой и трудолюбивой жизни монашеской. Озабочиваясь скорейшим выполнением своего обета, он, Мальков обеспечивает само устроение монастыря 10 т. руб. причем присовокупляет, что многие лица изъявляют готовность к денежным пожертвованиям на сей же предмет, а другие желают по- ступить в обитель немедленно по открытии ее. На основании всего вышеизложенного Мальков просит: 1) разрешить в скорейшем по возможности времени устроение в означенной местности монастыря, с наименованием "Благовещенским пустынно-общежительным" и с устроением при нем помещения для проживания миссионеров; 2) установить в оном настоятельство Архимандритское, назначив на первый раз настоятеля по усмотрению святейшего Синода и утвердив штат не менее 50 монашествующих; 3) заблаговременно разрешить основание при монастыре сем, по мере потребности и средств, лечебницы для заболевающих, приюта для новокрещенных, школы для детей инородцев и т. п. заведений, вызываемых упрочением успехов миссии, причем монастырю сему не требовать никакого пособия от казны на свое содержание и ограничиваться собственными средствами и добровольными приношениями благочестив[ых] жертвователей. Затем г. Синодальный Обер-прокурор предложил Святейшему Синоду: а) записку означенного купца Малькова с новым ходатайством о скорейшем разрешении дела по учреждению помянутой обители и б) выписку из отношения Кабинета Его Величества, из коей видно, что по просьбе купца Малькова об отводе в Алтайском округе 3/т. десятин земли, близ Телецкого озера при впадении р. Башкауса в Чулышман, под устройство мужского монастыря, Кабинет обращался к Генерал губернатору Западной Сибири о сообщении заключения его по сему делу; и так как Генерал-губернатор отозвался, что по мнению его устройство в означенной местности монастыря может принести пользу распространением христианства и цивилизации между живущими там инородцами, а по удостоверению местного начальства Алтайских заводов, просимая под монастырь земля для горнозаводского производства не нужна, то г. Министр Императорского двора в 29-й день июня 1863 года испросил Высочайшее соизволение на представление в безоброчное пользование мужского монастыря означенного участка земли с тем: а) чтобы он по-прежнему считался принадлежностью горнозаводского округа, временно лишь уступленного; б) если по каким либо причинам устройство монастыря не состоится или он современем будет закрыт, то отведенные ему земли поступают обратно в введение горнозаводского начальства и в) если в недрах их откроются в последствии металлы или минералы, добычу коих Кабинет признает для себя выгодным, то участок сей, или часть его, обращается в заводское введение и в таком случае, в замене отобранного обители должны быть отведены или к ним приграничены другие свободные земли; к сему Кабинет Его Величества присовокупляет, что просьба купца Малькова о дозволении монастырским жителям ловить рыбу в Телецком озере признана не требующей особых распоряжений, так как рыбная ловля в Алтайском округе не составляют оброчной статьи и дозволены местным обывателям, а потому и братия монастыря могут заниматься сим промыслом, не приобретая однако исключительного на то в означенной местности права. Рассмотрев обстоятельства настоящего дела, Святейший Синод находит, что 1) потребность и польза учреждения в Алтайских горах мужской общежительной обители уже признана Святейшим Синодом, ввиду изъяснения в 1859 г. Преосвященным Томским соображениями о значении таковой обители в деле распоряжения Евангелия между инородцами-язычниками и обращения к церкви православной раскольников, живущих в пределах Алтайских гор и около оных; 2) что хотя затребованные сведения о местности, на которой должна быть устроена предполагаемая обитель, Преосвященным Томским не представлены, но из прошения Барнаульского купца Малькова, ходатайствующего о разрешении на учреждении той обители, равно из предложенного г. Синодальным Обер-прокурором отношения Кабинета Его Величества, усматривается, что под устройство и в пользование оной отведена с Высочайшего позволения, из Алтайского горнозаводского ведомства местность близь Телецкого озера, которая по объяснению Малькова представляет все нужное для предположенной цели удобства, и в которой устройство монастыря. По отзыву Генерал-губернатора Западной Сибири, может принести пользу распространением христианства и цивилизации между живущими там инородцами; 3) со стороны материальных средств не представляется затруднений к устройству означенного монастыря и содержание оного, ибо купец Мальков на постройки по монастырю жертвует 10 т. р. сер. и по заявлению его, Малькова и других лиц изъявляют готовность к денежным на сей предмет пожертвованиям, в пособие к чему может служить строительный лесной материал, в изобилии имеющийся на отведенной предполагаемому монастырю местности, содержание же братии имеет быть достаточно обеспечено как пашенным, так и сенокосными участками на той местности находящимися и рыбными ловлями в Телецком озере. По всем основаниям признавая возможным приступить ныне к учреждению мужского монастыря в Алтайских горах, Святейший Синод определяет: 1) устройство в означенной местности мужского общежительного монастыря на счет жертвуемой Малько- вым суммы и пожертвований от других лиц – разрешить с наименованием сей обители Благовещенским; 2) настоятелю в сем монастыре быть в сане Архимандрита; 3) число братии в той обители, каким-либо штатом не определять, а сообразовать оное с потребностями и материальными средствами обители; 4) содержание братии иметь от представленной в пользовании оной земли и собственных трудов братии без всякого затем пособия от казны; 5) о приспособлении же сей обители к потребностям Алтайской Духовной Миссии и к целям миссионерства иметь служение особо, но предварительно приведения в исполнение предположений, изъясненных в 4-х пунктах его определения представить г. Синодальному Обер-прокурору и спросить на то Высочайшее Его Императорского Величества соизволение 15-го февраля 1864 года по всеподданнейшему докладу г. Синодального Обер-прокурора Государь Император соизволил утвердить означенное определение Святейшего Синода об устройстве Благовещенского монастыря. Получив Высочайшее соизволение святейший Синод разрешил Преосвященному Иеремию, согласно его желанию отправиться в Томскую Епархию в качестве строителя новосозидаемого монастыря по примеру монастырей не классных. Тем временем Мальков, приняв благословение Высокопреосвященнейшего Митрополита Исидора, отправился на Алтай и там на Высочайше помилованном под монастырь месте устроил на свой счет за 5815 р. 50 коп. три дома с домовою церковью. Преосвященный томский Виталий лично одобрив эти постройки и преподал Малькову свое благословение и благодарность. По возвращении в С. Петербург Мальков узнал, что Преосвященный Иеремий отказался от переезда на Алтай и что на его место строителем монастыря назначен начальник Алтайской Миссии Архимандрит Владимир, и потому ведомость о произведенных им постройках представил в Совет только что утвержденного тогда Миссионерского общества. Совет общества поручил отцу Владимиру принять от Малькова вышеозначенные постройки по представленной им ведомости. В то же время о. Владимир получил на Благовещенский монастырь пожертвование от княгини Васильчиковой 6000 руб. По приезду во вновь устроенный Благовещенский монастырь Архимандрит Владимир принял от Малькова произведенные им постройки и, кроме того все устроенное и приобретенное в отсутствие Малькова его доверенным Федором Вилузгиным, именно: амбар в 18 арш. длины и 9 арш. ширины с закромами, водяную мельницу, овин, девяти аршинный домик, баню, неводы и сети рыболовные, сохи, железные бороны, телеги окованные с колесами, хомуты, узды и 12 рабочих лошадей, на что потрачено им денег Малькова более 1500 руб. 14 июля 1866 года помечена о. Владимиром собственноручная его расписка в принятии им всего вышеозначенного монастырского имущества.

В том же 1866 году Мальков озаботился привлечением в новосозданный Благовещенский монастырь братии и на свой счет перевез из Саровской пустыни иеромонаха Платона, из Оптиной пустыни инока, впоследствии Иеромонаха Варсанофия и Иеродиакона Михаила из Никифоровской пустыни, Иеромонаха Сергия, с Афонской горы одного монаха и двух прислужников и из разных мест мирян 15 человек. Св. обитель начала привлекать к себе богомольцев и свет христианства начал проникать из нее во тьму населения языческого, в продолжение двух лет 150 человек язычников Шаманской веры приняло Св. крещение. К крайнему сожалению не были, строго определены отношения вновь созданного монастыря к местному епископу и к Алтайской Миссии. Св. Синод определил: "О приспособлении сей обители к потребностям Алтайской Миссии и к целям миссионерства имеет суждение особо" и, назначая ее строителем Преосвященного Иеремею повелел ему" устроить монастырь по примеру монастырей не классных, причем состоять ему в должной зависимости от епархиального Преосвященного". Назначенный же на его место Архимандрит Владимир, он же и начальник Алтайской Миссии, смотрел на этот монастырь, как на место временного жительства миссионеров, и находя его неудобным для монастырской цели, стал относится к нему весьма неблагосклонно. Иеромонаху Варсанофию он дал предписание не называть своего места жительства монастырем, а селом Чулышманским. О. Варсанофий письменно отказался исполнять это предписание на том основании, что определение Св. Синода и утверждение Высочайшей власти последовало на устройство Благовещенского монастыря, а не села Чулышманского. Стеснения со стороны ближайшего начальства, при отдельности от места жительства Епархиального епископа и его отеческого призора смутило монастырскую братию, на беду случился пожар, при обстоятельствах весьма странных, после которого остался в целости только один дом. Братия разошлась, в погорелом полуразрушенном монастыре осталось только двое - Иеромонах Варсанофий и Иеродьякон Михаил. Затем, как бы нарочно во вред монастырю, так как видимых причин на то не было, на монастырской же земле в 10 верстах от него была устроена церковь и названа станом Миссионерским. Священником в эту церковь был поставлен, к большому прискорбию, некто из новокрещенных туземцев Михаил Чевалков, человек нравственность коего ценилась знавшими его, невысоко, между прочим, он был судим в 1848 году Бийским судом и оставлен в сильном подозрении по обвинению в воровстве. Одновременно с назначением этого священника, упомянутый Иеромонах Варсанофий получил запрещение крестить язычников в Благовещенском монастыре. Ныне стало известно, что начальник Миссии Преосвященный Викарий Томский решил окончательно закрыть Благовещенскую обитель. В июне текущего 1880 г. он был в г. Барнауле и просил устно членов Алтайского Горного Правления не могут ли они Высочайше пожалованную на Чулышмане землю 3/т. десят. переменить на другую в городе Бийске или около его, с тем чтобы Чулышманский монастырь закрыть и открыть новый в г. Бийске. В Алтайском горном правлении дали ему ответ, что с этою просьбою должен обратится в Кабинет Его Величества. И так, монастырь, устроенный по мысли Преосвященного Парфения, с благословения Св. Синода и разрешения Государя Императора подлежит закрытию.

В Бийске 3 церкви, город торговый, по местности людный, а Благовещенский монастырь в пустыне среди массы идолопоклонников и людей полудиких. Мальков, ныне Бийский мещанин, просит у Св. Синода защиты для Св. обители. Он готов последние силы свои и все свои средства посвятить на окончательное устройство святого дела близкого и дорогого его сердцу. Если Святейшему Синоду благоугодно будет снова поручить ему окончательное устроение Благовещенского монастыря, что он надеется найти для этого необходимые средства, не прибегая к помощи правительства. Во всяком случае Мальков молит Св. Синод сохранить существование Благовещенского монастыря в глуши гор Алтайских, в среде населения языческого и закоренелого раскольничьего Епархиального Епископа на правах общежития. Все возражения, слышимые из Томска и Бийска против пригодности места избранного для этого монастыря падают при виде там же существующей Улалинской общины, ныне процветающей и приносящей добрые плоды, про которую говорили в начале ее построения тоже, что говорят теперь про монастырь Благовещенский. Да если бы в старину принимали при устройстве Св. обителей во внимание те соображения, какие выставляются в оправдание монастыря из пустынного Чулышмана в торговый г. Бийск, то не было бы у нас на Руси ни Оптиной, ни Соровской пустынь, ни тем более отдаленных Соловков и Валаама. Можно ручаться, что, ведя дело ласково, любовно с окружающими со всех сторон дикими, но кроткими инородцами, обновленный монастырь в какие-нибудь 10 лет сделался средоточием оседлых калмыков и начатком христианского общества, постепенное неторопливое ведение дела крещения вместе с удобствами оседлости довершить остальное. Нужно бояться только строгих формальностей, точной регламентации, непосильных требований и строгих мер относительно малознакомых с русским языком новокрещенных едва вышедших из дикой, но правильной пастушеской жизни кочевников.

С подлинным верно Афанасий Мальков.

[править] ЦЕРКВИ ОЙРОТИИ

Раздел в стадии формирования.


[править] Чемальская Николаевская церковь

[править] Церковь с. Урсул (Онгудай) во имя Успения Пресвятой Богородицы

[править] Мыютинская Михайло-Архангельская

[править] Чопошская Воскресенская церковь

[править] Туэктинская Николаевская церковь

Бийского округа Алтайской Духовной миссии Чемала во имя Святителя и Чудотворца Николая за 1898 год. 1. Чемальская Николаевская церковь построена в 1875 году тщением Бийского купца Алексея Викулова Соколова.

Церковь с. Урсул (Онгудай) во имя Успения Пресвятой Богородицы

Мыютинская Михайло-Архангельская в 35 верстах.

Чопошская Воскресенская.

ВЕДОМОСТЬ о самостоятельной церкви Томской епархии Бийского округа, села Улалинского во имя Св. Всемилостивого Спаса за 1898 г. 1 1898 г. с. Улала 1. Построенная 1874 года на средства, отпущенные на этот предмет Советом Православного миссионерского общества, пожертвование Высокопреосвященнейшего Иннокентия, митрополита Московского и других благотворителей миссии. Заложена в 1873 году и освящена в сентябре 21 дня 1875 года по благословению Преосвященнейшего епископа Платона начальником миссии о. архимандритом Владимиром. Плана на оную нет. 2. Здание деревянное на каменном фундаменте с таковою же (деревянною) колокольнею, креп- ка, застрахована. 3. Престол в ней один во имя Всемилостивого Спаса. 4. Утварью достаточна, именно: архиерейских облачений – 2, священнических облачений – 16, диаконских стихарей – 9. Потиров с принадлежностями – 5, напрестольных Евангелий – 6 и кре- стов – 6. 5. Причт состоит из двух священников, одного диакона и одного и. д. псаломщика. 6. Земли усадебной, пахотной и сенокосной при сей церкви нет. 7. У священнослужителей четыре дома, построены 2 на средства миссии, 1 на церковные сред- ства и 1 от прихожан, удобны и ремонтируются: 2 на средства миссии, 1 на церковные средства и 1 от прихожан. 8. Оба священника и диакон содержатся на счет жалованья от прихожан, общественным приго- вором, утвержденным Томской казенной палатой, двум священникам – 650 рублей. Первому свя- щеннику - 470 рублей, второму – 180 рублей, как помощнику миссионера, диакону – 240 рублей в год. Исправляющему должность псаломщика из братской кружки 96 рублей в год и за участие в пении на хорах получает из церковной суммы 48 рублей. В добавочное содержание причт получа- ет годовых процентов 14 рублей с билета Государственной комиссии погашения долгов за № 72109 в 300 руб. 10 руб. и с Государственного 4% билета за № 24076 в 100 рублей 4 рубля вклад на вечное время. На церковь имеется 4% свидетельство Государственной ренты за № серии 161 в 1000 рублей и книжка сберегательной кассы за № 250 на сумму 535 руб. Процентов получается 40 руб. в год. Все билеты на предъявителя. Билеты эти хранятся в Бийском казначействе вместе дру- гими суммами миссии. Кроме сего имеется деревянный дом в 2 комнаты. Содержание причти бы- ло бы достаточным, если бы жалованье от прихожан собиралось исправно. 9. При сей миссионерской церкви находится приют для сирот новокрещенных инородцев на 30 человек, помещающайся в трехэтажном здании, нижний этаж которого каменный, построенный в 1870 году под личным наблюдением и руководством начальника миссии о. Архимандрита Влади- мира, на пожертвоание покойного Московского о. Протоирея Николая Лаврова содержится на средства миссии. 10. Расстоянием сия церковь от Консистории в 615 верстах, от начальника миссии в г. Бийске в 95 верстах, от местного Благочинного – 225 верст сообщения за дальностью расстояний весьма не удобны. 11. Ближайшие к сей церкви: приходская Майминская – 8 верст. Миссионерская - Чепошская и Чемальская в 75 верстах, и Паспаульская в 40 верстах. 12. Приписные к ней церкви: Пантелеймонская в с. Билюле и кладбищенская Успенская в с. Улале. 13. Домовая церковь во имя Святителя Иннокентия, первого епископа Иркутского Чудотворца. Начата постройка в 1871 году, окончена и освящена в 1872 году. Служение в ней отправляется причтом Всемилостивого Спаса церкви в праздничные дни: 9 февраля, 8 мая, 26 ноября и в другие дни будние.

1 Заголовок документа. 14. Опись церковному имуществу есть, составленная в 1897 году и внесена в шнуровую книгу, скрепленную начальником миссии. 15. Приходорасходная книга о церковных суммах за шнуром и печатью начальника миссии. 16. Копии с метрических книг с 1870 года хранятся в церковном архиве в целости, записи ро- дившихся, бракосочетавшихся и умерших с 1830 года, времени описания стала до означенного 1870 года, велась в метрических книгах Майминской Духосошественской церкви. 17. Исповедные росписи, бывших и небывших у исповеди с 1830 года до 1870 года велась в ис- поведных росписях вышеупомянутой Майминской церкви. 18. В обыскной книге, выданной за шнуром и печатью Консистории, скрепленной членом оной протоиереем Ильею Изосимовым, писанных листов - 70, неписаных - три. 19. Молитвенных домов в инородческих селениях 2. 1 - в с. Ташты, построенный в 1860 году, 2 – в с. Мандюреке, построенный в 1882 году. Богослужения отправляются в них в разное время, а преимущественно в Великие посты. Часовен при означенной церкви – 4, в селениях Сиульте, Ур- лу-Аспаке и две в селе Улале. Часовня в Улале, построенная в 1894 году в память избавления Его Императорского Величества, наследника Цесаревича Николая Александровича от грозившей опасности 29 января 1891 года. За молитвенными домами и часовнями наблюдают миссионеры Улалинского отделения и церковные старосты. 20. При сей церкви находится миссионерская церковная библиотека, в коей имеется книг раз- ных наименований 685 в 263 томах, пользуются книгами прихожане и миссионеры при воскрес- ных и праздничных чтениях народу. 21. Церковно-приходских школ в Улалинском отделении миссии имеются: а) в Улале, откры- тая с основания миссии 1830 года, помещается в миссионерском доме, содержится на средства миссии, обучалось мальчиков - 86, девочек – 13, обучает окончивший курсы в Бийском Катихиза- торском училище, сын крестьянина, Томской губернии, Кузнецкого округа, Уксунайской волости Василий Иванов Дробинич; б) в селении Александровке открыта начальством миссии в 1883 году, помещается в доме, жертвованном купцом Яковом И. Окуловым, содержится на средства миссии, обучалось мальчиков – 12, девочек – 6, обучает кончивший курсы в Бийском Катихизаторском училище, сын псаломщика Сергей Яковлев Кумандин; в) в селении Таште открыта начальством миссии в 1860 году, помещается в миссионерском доме, содержится на средства миссии, обуча- лось мальчиков – 12, девочек нет, обучает не кончивший курса в Бийском Катихизаторском учи- лище, инородец Иеремей Иванов Параев; г) в селении Тайне открыта братством Святого Димит- рия митрополита Ростовского в 1891 году, помещается в доме, купленном на средства братства, (содержится) обучалось мальчиков – 18, девочек – 7, обучает сын крестьянина Казанской губер- нии с домашним образованием, Андрей Григорьевич Колоколов; д) в селении Урлу-Аспаке откры- та начальством миссии в 1897 году, помещается в миссионерском доме, содержится на средства миссии, учителем, окончившим курсы в Улалинском миссионерском училище псаломщик миссии Яков Игнатьевич Кумандин, обучалось мальчиков –1, девочек – 1. При Улалинской школе попечителем состоит Бийский 2-й гильдии купец Алексей Матвеев Ситников, утвержденный Преосвященнейшим Мефодием епископом Бийским с 1894 года, по- жертвовавший единовременно денег в количестве 100 рублей. При Тайинской школе братства Св. Димитрия Митрополита Ростовского, попечителем состоит временно торгующий купец Иван Алексеев Щетинин, утвержденный Преосвященным Макарием епископом Томским и Барнаульским, с 1892 года мая 18-го дня, пожертвовавший единовременно денег в количестве 130 рублей. Библиотека имеется при Улалинской школе, в кой имеется книг разных наименований 1230 в 809 томах. 22. Приходское попечительство открыто в 1877 году для нравственного надзора над учителя- ми, вспомоществования бедным, поддержание церкви и монастырских домов. Председателем со- стоит миссионер священник Виктор Россов с 1895 года, членов – 47 человек, имеется книга, шну- рованная для записи прихода и расхода жертвуемых денег. 23. Церковной летописи нет. 24. Богослужебный журнал ведется с 1881 года

Просмотры
Личные инструменты